1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Перекличка эпох

«Подъем настроения – огромный». Самарский Сабантуй 1914 года

В начале ХХ века общественная жизнь Российской империи переживала подъем. Революция 1905 года вынудила царское правительство объявить о свободе вероисповеданий и расширении прав общественных организаций, провести многие другие демократические преобразования. Общественность мусульманских народов буквально воспряла духом: еще больше, чем прежде, активизировались меценаты, повсеместно заработали благотворительные фонды, по их инициативе и поддержке строились мечети, открывались медресе и мектебе. В плане развития народного образования следует упомянуть и такое важное обстоятельство, что, начиная с 1913 года, по государственной программе охвата обучением детей школьного возраста (инициатор П. А. Столыпин), разработанной на период до 1926 года, начали открываться земские русско-национальные школы. В Самаре русско-татарских  школ в предвоенный период было две, причем они базировались при двух мусульманских приходах – на улице Казанская и на Оренбургском спуске. Это – тема наших предстоящих публикаций.

Но государство взяло на себя расходы только по организации учебы – оплаты работы учителей, приобретения книг и учебных пособий, аренды помещений, освещение зданий и т. п. А татарская общественность, вернее, состоятельная ее часть – помогала в приобретении одежды для детей из бедных семей, обеспечения их питанием. И для, говоря нынешними терминами, реализации социально-значимых проектов, лидеры мусульманской общины Самары использовали самые разные способы.
Например, проведение национального праздника Сабантуй. И об этом в канун очередного сезона праздников Сабантуй 2012 года очень кстати будет напомнить...

...13 мая 1914 года к Самарскому губернатору Н. Протасьеву с прошением обратился уполномоченный мусульманского общества Шагунияз Рязапов, проживающий в г. Самаре, по Оренбургской улице, дом №38: «18 мая, желая устроить на беговом ипподроме благотворительный мусульманский праздник - «Сабан-туй» -, а именно скачки с призами, борьба, бега и прочее, чистый сбор с коего пойдет в размере 90 процентов на дополнительную постройку 3-й Соборной мечети в гор. Самаре, а 10 процентов в пособие бедных учеников 2-й Русско-татарской школы, имею честь почтительнейше просить Ваше Превосходительство устроить названный праздник». Конечно, разговор с властями об этом пошел не за пять дней до предполагаемого события, а гораздо раньше и в принципе вопрос был решен. Поэтому на документе стоит категорическое и размашистое мнение губернатора «Разрешено».

...Самарский ипподром располагался перед войной между Семейкинским и Смышляевским шоссе (они проходили по нынешним шоссе и улицей Гагарина), на месте клиник медицинского института. Вообще-то, немногим ранее, в Самаре в самом начале прошлого века было два ипподрома. Кроме названного, второй располагался на пустыре между Молоканским  садами и Постниковым оврагом. Но в 1911 году эта территория по просьбе военного ведомства земля была передана под строительство Трубочного завода (в советские времена «Завод имени Масленникова»). После этого вся конно-спортивная жизнь города  сосредоточилась на ипподроме вдоль Семейкинского шоссе. Наш материал сопровождает фото самарского ипподрома дореволюционного периода. Какого именно – на этот у специалистов нет единого мнения. Есть аргументы в пользу принадлежности фотографии и тому и другому ипподрома. Тем не менее, главный вход в сооружение представлял собой уникальный образец архитектуры в мавританском стиле (с мусульманскими мотивами), очень популярном в России в начале ХХ века.  И глядя на его фото – никто с этим спорить не будет.

О том, как прошел Сабантуй, мы расскажем ниже. А в архивных документах есть отчет главного устроителя, датированный 1 июня: продано всего 2186 билетов, из них на ложу по 3 рубля - 24 штуки, по рублю – 87, больше всего по 10 и 15 копеек. (Для сравнения: в 1910 году один баран на рынке стоил 4 рубля 50 копеек). Приход итого – 719 руб. 05 копеек. Расходы составили 165 рублей 30 копеек. Статьи расходов отмечены следующие: за аренду ипподрома, оркестр музыки, печатание афиш, благотворительные марки, 10 аршин бязи красной, столько же тесьмы для мешков и поясовые, 4 брезента, ленты разных сортов, булавки пряжи, 10 булок, 2 фунта варенья (по 25 копеек), ведро кислого молока, подарки служащим, извозчикам по разные дела и мелкие расходы… Расходы   193 рубля 25 копеек чистая прибыль 525 рублей 80 копеек.

«При сем представляю корешки проданных билетов и оправдательные документы по производству расходов», - добавляет к своему отчету Рязапов. Приложены все счета и расписки в получении денег, от извозчиков до оркестра гусарского полка за подписью штабс-трубача Малецкого. Словом, по итогам мероприятия его организаторы соблюдают максимальную гласность и прозрачность. Из указанных документов видно, что в подготовке и проведения праздника участвовали такие активные члены общины, как Габидуллов, мулла Гадиулла Батталов, Хатимулла Батталов (личные подписи этих исторических личностей – уникальная находка), Халильрахман Минюшев (предположительно, сын самарского ахуна Шигабетдин-хазрата). 18 мая 1914 года… До начала войны (1 августа) оставалась 6 недель, войны, которая перевернула всю страну и весь мир, и в конце вывела Россию на совершенно иной путь развития. Одним из результатов этого нового пути многие десятилетия будет непримиримая, временами безжалостная борьба государства с религией, при которой многие руководители татарской общины, в том числе и организаторы Сабантуя, погибнут в сталинских застенках. Но летом 1914 года об этом еще никто не знал. Страна жила обычной, для большинства людей нелегкой жизнью. Самарские татары праздновали Сабантуй. Архивное дело, которое мы нашли, достаточно скудное, содержит только сухие финансовые документы. Воспоминания очевидцев того памятного события тоже не сохранились. Журнал «Икътисад» - зеркало татарской экономической и общественной жизни - к тому времени был уже закрыт.

Но наши знания о татарской жизни при «старом режиме» и быте самарцев позволяют представить каждому из нас некоторые картинки того Сабантуя. В меру фантазии каждого из нас, по кадрам  кинофильмов, театральным постановкам и сюжетам произведений художественной литературы. Одно можно сказать точно: это был настоящий национальный праздник, на который собрались татары Самары и губернии. Но вот что представить труднее всего – это то, как вся многотысячная празднующая масса общается между собой по-татарски. И никак иначе, ведь в те времена основным языком самарских татар был родной. Не только взрослых, но и детей. Все они естественно говорили на татарском - с удовольствием, красиво, родители, как само собой разумеющееся, передавали родной язык детям… и так из поколения в поколение. Не то что теперь...

Мы располагаем свидетельствами о Сабантуе со стороны – устами, вернее, публикацией самарских журналистов того времени. Газета «Голос Самары» достаточно оперативно, уже через два дня - 20 мая – поместила большой материал о татарском празднике. Надо отметить – и пусть читатель имеет это в виду - не очень благосклонное отношение «Голоса…» к инородцам, в отличие от других газет «Волжское слово» и «Самарские губернские ведомости», которые автор обычно использует в своих работах. Указанные издания всегда с гораздо большим пониманием, снова говоря по-современному, более толерантно относились к проблемам мусульманского (татарского) населения Самары. Но нужных номеров тех газет весны 1914 года мы не нашли и пришлось довольствоваться тем, что имеем. Хотя и не совсем толерантный «Голос Самары» позволяет нам окунуться в праздничную атмосферу того дня. Материал «Сабан-туй» мы даем минимальными сокращениями:

«18 мая почти все мусульманское население города двинулось за город на ипподром, на национальный праздник Сабан-туй (праздник весны), впервые устраиваемый местным мусульманским обществом после продолжительного перерыва.
Состоятельные мусульмане ехали на собственных лошадях, в городских экипажах целыми семьями, с запасом провизии на целый день. Менее состоятельные, собравшись несколько семей, вместе тащились в колымагах и рыдванах. К 12 часам дня (начало праздника) ипподром имел далеко необычный вид: переполненные ложи, трибуны, площадки перед трибунами, все это покрыто почти сплошной массой мусульманской публики. Распорядители с разноцветными лентами через плечо и цветными бантами на груди наводили порядки. На вышке расположился трибунал подарками для победителей – главным образом – полотенцами с широкими каймами. Торжество началось  борьбой на свободных поясах охотников. Особенной симпатией зрителей пользовался Зиннатулла Гиньятуллов, в первом отделении положивший 6 человек и все это проделывал с самым наивным добродушным видом и, временами как будто сам удивляясь собственной силе и сноровке.

Поражал необыкновенной силой и красивыми приемами Якуб Биктаев, положивший также и Гиньятуллова. Али Мухаметов и другие борцы, выступившие с попеременным успехом, все они пользовались вниманием чрезвычайно шумной и экспансивной публики и были награждены полотенцами за каждую победу. После двухчасовой борьбы был сделан антракт, а затем был бег малышей на дистанцию одна верста. Из юных бегунов первым, чуть высунув язык, прибежал Калимулла, вторым Загрутдин и третьим Хасан. Босоногие победители получили полотенцы. Первого прибежавшего пришлось даже поднять от земли, чтобы дать возможность увидеть всем. Комичные картины пришлось наблюдать перед бегом взрослых: охотники для облегчения при беге, раздевались до белья тут же, на глазах многотысячной толпы, причем весь снятый шурум-бурум предупредительно хранился кем-то из зрителей. Первому пробежавшему 2-хверстную дистанцию – Шарифу была торжественно вручена феска, второму – Давлетдину – жетон серебряный, третьему – Зарифу – полотенце.

Совсем велосипедный вид имели велосипедные состязания. Из 10 велосипедистов только двое мусульман, остальные русские. Дистанцию в 4 версты по тяжелой, покрытой травой дорожке прошел в 13 минут Зотов, получивший потом полотенце, Рудьянов, в 15 минут, получивший жетон, Панков, одновременно сравнявшись уже у финиша, полотенце, Щукин, 17 минут, полотенце. Чисто мусульманский характер носили состязания, так называемый, бег в мешке, на 50 саженей. На голову и ноги одевались мешки и в таком виде спортсмены прыгали или семенили ногами, кувыркались, падали, вызывая гомерический хохот у зрителей. Победителей допрыгал Мингалей и был награжден жетоном, вторым добрался Шахинияз, получивший кепку, затем Гимазетдин и Хатимулла – полотенце. Джигитовки, ожидаемой с таким нетерпением, не было, если не считать случайно заскакавшего в публику старика на старой клячонке, который под смех публики положительно не знал, где ему выйти из сомкнутого круга зрителей.

Затем опять борьба, доставание полтинника со дна таза, наполненного кислым молоком. Охотников до этого спорта только пять, причем лишь один сумел достать языком полтинник, еще одному же таз опрокинули на траву, где он и разыскал монету, трое отошли ни с чем. Нужно было видеть эти лица, вымазанные густой белой массой, которые спортсмены сфыркивают прямо на зрителей. Нельзя сказать, что эстетическим зрелищем представлялось следующее. Выстроившейся в босой команде ребятишек было дадено по французской булке, с обоих концов вымазанной, очевидно, в киселе. Нужно было съесть скорее, Не обошлось без плутней: некоторые мальчишки, объев мазанную булку, сухую прятали за рубашонку, но были уличены в этом к великому стыду. Победители получили жетон, кепку и полотенце... Праздник закончился, уже когда солнце начало садиться за стоящие неподалеку деревья.  Валовой сбор достиг не менее 500 рублей.

Площадь у ипподрома представляло какое-то становище: всюду выпряженные лошади, на дрогах и колымагах ревели некоторые ребятишки, про которых забыли увлекшиеся родители. Подъем настроения у мусульманского населения – огромный.
Вероятно, этот день по богатству впечатлений, в особенности, для женщин, останется надолго в памяти. Не обошлось без нарушений корана: некоторых победителей видели пьяными».

...После подведения итогов, 25 июня доход с Сабантуя 525 рублей 80 копеек был записан в депозит Самарского казначейства. Следующий документ датирован уже 12 сентября 1914 года. Шагунияза Рязапова здесь нет, он не смог получить вырученные средства и распределить их по назначению. Как пишет мулла третьего прихода Гадиулла Баталов, «призван на действительную военную службу и отправлен на фронт». В послереволюционной истории самарских татар имя Шагунияза Рязапова нам нигде встретить не удалось. Возможно, он погиб на фронте германской войны или потом в гражданскую. «Деньги могу получить, - пишет Г. Батталов, - я тоже уполномоченный мусульманского общества и попечитель 2-й Русско-татарской школы». А 27 октября полицейское управление 5 части Самары подтверждает Самарскому казначейству, что деньги, вырученные на Сабантуе, употреблены по назначению. Это последний документ архивного дела о проведении в мае 1914 года Сабантуя в Самаре.

...Когда через 75 лет, в 1989 году мы собрались провести в Куйбышеве первый Сабантуй, никто, конечно, не знал и не помнил о событии 18 мая 1914 года на самарском ипподроме на Смышляевском шоссе – это стало известно только теперь. Тогда оргкомитет общества «Туган тел» без особых колебаний выбрал местом проведения тоже ипподром. Правда, уже новый, и которого, кстати, уже сейчас тоже нет. Что это – неуловимый обычным слухом голос свыше, невидимая нить, связывающая различные эпохи, или сигнал нам, ныне живущим, брать пример со славных наших предков, которые и тогда, живя как и мы в русскоязычном окружении, все (в отличие от нас) говорили на родном языке и бережно хранили национальные традиции?! Пусть каждый понимает это по-своему...

Шамиль Галимов
Фонд 3 (Канцелярия Самарского губернатора), опись 120, дело 72 Центрального Государственного архива Самарской области (ЦГАСО) «Об устройстве праздника «Сабан-туй» на постройку мечети и пособия ученикам 2-й русско-татарской школы», Интернет-сайт Г. В. Бичурова «Самара в открытках и фотографиях», семейный архив Мурата Сафина и газета «Голос Самары» за май 1914 года.


Меню навигации